Свель (svel) wrote,
Свель
svel

Categories:

Дурмстранг-3. Часть 2.

Возле колдемедицинского крыла наставницу окликнул кто-то из Золотых разговоров винограда. Кажется, Янка Вийтович. Малефик слепо покрутила головой в поисках источника звука. [7 марта 1987 г.]
- Мистрисс! Боже, что с вами?!
- Глаза мои вас не видят, - сварливо отозвалась ведьма. – Что у вас, Вийтович?
- Мистрисс, в комнатах младшего Винограда из ниоткуда появились страшные рисунки! Девочки испуганы. Но мы ничего не трогали, как вы и говорили нам! Сразу пошли искать вас!
- Вот напасть, - Каройи по памяти повернулась в ту сторону, где должна была быть лестница. – Проводи меня, посмотрим, что приключилось. Или, в нашем случае, вы посмотрите, а я послушаю.

На лестнице их нагнал одноглазый гридень. «Кажется, я знаю, в чем твой интерес, раз как обряды и проклятые предметы – ты тут как тут», - сделала себе мысленную заметку Златанна. В комнате младшекурсников было светло, солнечный свет из-за оконных стекол ощущался на щеках теплым касанием. Одна из занавесей явно была прикрыта. От нее шел странный, неприятный холодок.
- Здесь? – спросила наставница.
- Даааа! Мы заходим, а оно так и висит, - загалдели ажиотированные студентки.
- Кругар, опиши, что видишь, - попросила Златанна.
- Ну как… какая-то тень с когтями, стоит и скалится. Неприятная, скажу я вам, рожа у ней. На голове цилиндр, сама квадратная, и когтищи прям до полу. Повыше окошко, в нем ребенок плачет, на подоконнике цветок стоит. Звезды нарисованы, стал-быть, ночью дело.

Проклятием от рисунка не пахло, но было что-то трудноопределимое. В попытке рассмотреть другим зрением, ослепшая ведьма протянула к рисунку руку, касаясь воздуха кончиками пальцев в паре миллиметров от бумаги. И тут, слева от нее, из угла послышалось тихое пение.

- Тили-тили-бом,
Слышишь, кто-то рядом?
Притаился за углом,
И пронзает взглядом.

- Тили-тили-бом,
Все скроет ночь глухая,
За тобой крадется он,
И вот-вот поймает…

Декан Каройи дернула головой. Пела старшекурсница Эльже, но, увидев, как к ней разом повернулись все, кто был в комнате, она смутилась и замолкла.
- Дитя, что ты пела? – мягко спросила наставница.
- Это просто песенка… - прошелестела окончательно растерянная ученица. – Ее, бывало, напевала мистрисс Ракоци, перед тем, как попасть в больницу. Кажется, она хотела ее закончить.
- Но почему тебе захотелось ее спеть?
- Не знаю… просто рисунок похож. Я посмотрела на него, и проассоциировала, наверное.
- Так, - Златанна повернулась и сдернула рисунок со шторы. – Если это появится снова, или если кто-то еще захочет спеть эту песенку, потрудитесь сообщить мне об этом. Пока беспокоиться вам не о чем. Тем не менее, запрет на прикосновения к неизвестным предметам «из ниоткуда» остается в силе.
________________________

Предобеденный час. Дурмстранг, комната Дагмары и Златанны.
- Что думаешь насчет всего этого? – Дагмара уютно устроилась на кровати, обложившись гребнями, шпильками и заколками, и вплетая северные фиалки в косы.
- Либо диверсия, либо скудоумие, - ведьма полулежала на диване, запрокинув голову и рассеянно потирая переносицу под закрывающей глаза повязкой. – В первом случае артефакт протащил кто-то из гостей, чтобы целенаправленно повредить камень, и тогда надо искать среди социалистов. Им независимость школы давно как заноза в заднице, excusez-moi le mot. Впрочем, Ордену Дракона тоже, надо заметить ради справедливости. Но я бы на них не ставила, методология не та. Во втором случае, мы имеем дело не с четким планом, а с идиотской случайностью, и это еще гаже. Круг возможных подозреваемых расширяется. В любом случае, стоит дождаться, на кого укажет анимаг, и учует ли он там вообще кого-то.
- Кстати же, о диверсиях. Ты не думаешь, что мы зря привлекли гридней к этому делу? Я ведь тебе рассказывала о них, кто они есть…
- Положим, это не мы их вовлекли, а они нас. И нет, полагаю, что их контракт со школой не допускает таких шалостей. Знаю-знаю, мы не сходимся относительно его содержания и их возможностей, но посуди сама – сейчас им выгоды в этом нет.
- Мммм, возможно. Меня, на самом деле, волнует то, что мы, вероятно, будем практически бессильны что-то сделать с происходящим.
- Как я уже говорила, еще не время для паники. Во всяком случае, не в этом вопросе. А вот что я хотела тебе показать, как магу-песеннику, - Златанна на ощупь открыла поясную сумку и извлекла оттуда сложенный лист. – Это сегодня обнаружилось в комнатах Винограда. Когда я начала исследовать рисунок на предмет возможных проклятий, одна из студенток запела жутковатую песню, про то, что кто-то придет из темноты. Как ты думаешь, это может быть как-то связано? Может, рисунок каким-то образом заклят?
- Дай-ка сюда, - Дагмара всмотрелась в поданный листок. – Я не сталкивалась с подобным. Есть вероятность, что он побуждает исполнить песнь призыва, или проклятия… Она плела, пока пела?
- Я не видела, как ты понимаешь. Но если бы плела, полагаю, мне сообщили бы на месте. Хотелось бы более-менее четко представлять, что это за магия, и каковы могут быть последствия. Я догадывалась, что рано или поздно у меня возникнут проблемы с незнанием традиций песенной магии на ветви, но не думала, что так сразу.
- Возможно, это какой-то артефакт, - с сомнением протянула секретарь. – Если твоя студентка не плела нити, то это вообще может означать всего лишь чью-то шутку.
- Это было бы так хорошо, что верится с трудом. Передай мне рисунок, пожалуйста. И кстати, хватит уже рассматривать себя в зеркало.
- Ты уже что-то видишь? – Дагмара радостно обернулась.
- Нет, просто слышу, как ты чмокаешь губами со свежей помадой.
Секретарь укоризненно покосилась в сторону дивана.
- Шучу. Пока все видится размытым¸ но это уже что-то. Думаю, еще полчаса, и все придет в норму.
________________

Выходя из здания, наставница Каройи задержалась возле расписания лекций. Ее внимание привлек приколотый к стене лист со свежим объявлением. «Разыскивается беглый преступник, Клаус Хайнрих, по прозвищу Пересмешник. Очень опасен».
Чародейка невольно вздрогнула. Она отлично помнила, насколько в действительности был опасен Пересмешник, хотя и не узнала бы его на портрете с первого взгляда. «Очень» - это слово лишь в некоторой степени отражало реальное положение вещей. Невероятно быстрый, агрессивный, безумный бывший аврор, сконцентрированный лишь на одной задаче. Его побег из тюрьмы, совершенно невозможный побег, означал лишь одно – игра на смерть началась, и она, Златанна, опаздывала к ее началу.

Обуреваемая неприятными размышлениями, она, вместе с Дагмарой, прошла в Большой зал. Под конец обеда, к столу подошла мистрис Шофранка Истру, наставница ветви Ножа, и начала что-то быстро и возбужденно говорить мэтру Ольшанскому. Малефик прислушалась.
- Мэтр Ольшанский, мы перехватили информацию о том, что сегодня у беглого убийцы Хайнриха будет встреча с одним аврором возле дальнего колодца, за границей территории школы. Мы намерены пойти туда и перехватить его, и нам нужна ваша помощь.
- Во сколько сбор? – кратко спросил Збигнев.
- Выступаем через 15 минут.
- Я пойду с вами, - не терпящим возражения тоном сообщила ведьма, вставая со своего места. – Захватить Пересмешника не такая простая задача, как может показаться. Мы, скажем так, общались, достаточно давно, но я помню его методы. Жду вас на лестнице.
Шофранка неодобрительно взглянула на нее, будто собираясь что-то возразить. Но явно передумала, и только кивнула головой.
- Хорошо, вы с нами. Пора.
___________________________

Снег неприятно поскрипывал под ботинками группы. Пока что это был единственный звук, нарушавший леденящую тишину зимнего леса. Впереди пружинистым шагом следовала Шофранка, чуть сзади и слева – Ольшанский, еще дальше и правее держалась Каройи – она никогда не была хорошим боевым магом, знала о своем недостатке реакции, и просчитывала варианты заранее. «Кинуть сглаз, лишить возможности кастовать, отшагнуть и сразу же Авада. Держаться от него подальше, не подпуская к цели. В крайнем случае, хватать коллег и в порт-ключ. Он будет действовать быстро, нельзя попасться ему на глаза первой. Бить тихо и жестко, из-под основного огня, тогда есть шанс».
Каждый держал палочку наготове, настороженно сканируя местность взглядами. До условленного места оставалось не более тридцати метров, как из-за поворота послышались крики. Шофранка успела стартовать первой, послышался ее голос: «Инсендио Ультима!» Возле колодца бушевало пламя, за ним двигалось что-то черное, облезлое и весьма когтистое. Взвизгнув от боли, оно провалилось сквозь землю. И больше никого.

- Кто это? – спросила малефик, кивнув на догоревшие останки.
- Его связной, - Истру присела на корточки, пошевелила кончиком палочки кости. Затем что-то нашла, и положила в карман. – Парню не повезло. Похоже, Пересмешник убил его, а потом тем, что осталось, полакомился упырь. Тот, который сбежал под землю. Похоже, нечего нам здесь делать, Хайнрих ушел.
- Эта тварь всегда была очень шустрой и малопредсказуемой, - согласно склонила голову ведьма, подходя к трупу. – Ммммм, качественная работа, коллега. Боюсь, теперь его не поднимет даже мэтр Хаккинен. Возвращаемся?
- Можно через колодец, - вставил Ольшанский, пряча палочку.
- А можно так же, как шли сюда, - наставница Ножа неприязненно покосилась на вышеупомянутый колодец. – Что-то не хочется туда лезть.
- Против обыкновения, согласна с мистрисс Истру. Пойдемте, возможно, мы еще что-то упустили на местности. Также, где-то здесь все еще сидит упырь, и не хотелось бы, чтобы он атаковал последнего, кто останется возле колодца.

Оглядевшись последний раз, партия изрядно обескураженных волшебников отступила обратно к школе. Снова наступила тишина, изредка прерываемая клацаньем упыриных когтей.
_________________________

«Малефиции». Выдержки из записей Златанны Каройи.
Принято полагать, что искусство малефиций зиджется на ненависти, ею питается и из нее произрастает. В целом, конечно, бывает и более завиральная чушь, но не так, чтобы очень уж часто.
Малефиции, по сути своей обращения к Слову, представляют собой редкий вид магического искусства, в котором пропорция приложения энергии и получаемого результата выстроена в обратном порядке. Проще говоря, чем более высокого уровня энергию мы прилагаем, тем более низкоуровневое заклинание можем получить. Нетрудно понять, что ненависть относится к разряду высокоуровневых, сложных эмоций, и, как таковая, является, с одной стороны, довольно энергоемким состоянием, но, с другой – и расходует всегда большее количество энергии, нежели приносит. Не зря говорят, что она иссушает. Ненависть нельзя сгенерировать в себе на ровном месте, ее практически невозможно вызвать искусственно и затруднительно контролировать. Таким образом, на чистой ненависти (а чаще, сиюминутном эмоциональном всплеске обиды, гнева, раздражения) возможно совершить исключительно низкоуровневую малефицию (см. сглаз, возм. порча). Дальнейшие попытки проехаться на том же чуть дальше, ad mortem usrandum, не гарантируют результата.
Из чего же тогда черпается энергия для выстраивания сложных малефиций, если высокоуровневые эмоции здесь не помогают? Ответ напрашивается сам по себе. Искать стоит в фундаменте любой психики, на уровне протоэмоций. Того, что доступно любому зверю, не говоря уже о самом развитом виде, homo sapiens. Фундамент этот имеет вид треугольника и состоит всего из трех компонентов. Страх. Агрессия. Удовольствие.

Забавно наблюдать, как студенты изощренно подбираются именно к этим терминам, когда выдаешь им простую задачу на определение компонентов. Характерно, что больше всего затруднений вызывает «удовольствие», затем, по нисходящей, «агрессия», и, наконец, «страх» непременно называется первым и в течение примерно одной минуты после осмысления вопроса.

Это именно то, что лежит в основе всех более сложных эмоций. Более того, это тот базовый отклик на все, что происходит вокруг. Страх заставит остановиться в минуту опасности, агрессия – добиться поставленной цели (будь то олень на охоте, или азарт овладевания новыми знаниями), удовольствие станет наградой тому, кто выжил и достиг.
Есть лишь одна эмоция высокого порядка, сочетающая в себе все три точки треугольника – любовь. Но, как всякая замкнутая система, работающая к тому же сравнительно хаотично и неустойчиво, зачастую направленная не в благословленное вовне, а в эгоистичное «внутри», для использования в качестве энергоемкого состояния в работе с малефициями не рекомендована (исключения существуют, но систематизации поддаются слабо, см. исследования Оранского-Эванс).

Каков же механизм использования? Здесь стоит задуматься над еще одним вопросом. В мире существует, по большому счету, лишь две философские категории, о сути которых никто никогда не сможет договориться. Можно именовать их по-разному, но суть сводится к одному. Красота (она же внутренняя «правильность», в широчайшем смысле понятия) – поставьте рядом двух человек, и в лучшем случае, их мнения по этому вопросу будут всего лишь схожи. И вина – никто не может определить и взвесить точный груз вины, кроме того, кому было причинено зло. Именно мы, и никто иной, можем определить, насколько велика нанесенная нам обида, насколько нехорош был тот или поступок другого человека по отношению к нам, и только мы можем отмерить ровно столько виры, сколько полагается, исходя из наших ощущений. Именно поэтому я отрицаю пригодность использования устойчивой дихотомии света и тьмы в этом вопросе. Кто совершил зло – нанесший обиду, или тот, кто дал возможность искупить причиненное? Хорошо ли очистить от скверны какую-то местность? Как можем мы видеть последствия этого действия? Как можем мы гарантировать что-то, кроме своего действия? Нет тьмы, нет света, есть лишь мир внутри нас. Поэтому смело можете плюнуть в глаз тому, кто будет называть вас злобным на основании лишь того, что вы используете малефиции.
Нередко задают вопрос, «а что, если я засомневаюсь, так уж ли велика причиненная мне обида, смогу ли я сглазить обидчика?» Если вы сомневаетесь в мере ответа, не используйте Слово. Промолчите и не тратьте его зазря. Если вы сомневаетесь в том, что ощущаете – значит, ваши эмоции вам неподконтрольны. Значит, вы не спустились вниз по пирамиде к основанию, не познали своего Страха, Агрессии и Удовольствия, не приняли их как естественную и здоровую часть себя, и не сможете продвинуться дальше. Невозможно стать гранд-малефиком без того, чтобы не быть в ладу со своими эмоциями, не доверять себе и своим чувствам, своему Слову, своей убежденности. Я считаю, ты поступил Некрасиво, Неправильно, ты Виноват в этом. Я Сказал – и Так Будет. Начальная и конечная точки одной линии. По-другому не получится.

Несмотря на то, что магия первозданного Слова давно утрачена, а семантические значения перепутаны, тем не менее, Эрешкигаль все же вошла в Черный Зиккурат и переиначила первые Слова Творения в Проклятия, а, следовательно, то, что мы имеем, пусть и отголосок былой магии, работает по тем же принципам. Что Сказано – то и сделалось, пусть вне контекстуального поля творения мировых понятий.

И последнее, на чем стоит искусство проклинать. Несмотря на то, что вначале было Слово, нынче мы имеем прямо противоположную ситуацию. Вначале есть тело, а уж оно аккумулирует энергию и произносит слово. Тело, разумеется, напрямую подвластно эмоциям, оно выглядит, движется по-разному у тех, кто уверен в себе, и тех, кто полон сомнений и страха перед самим собой. У тела есть несколько уровней прото-общения со всем, что окружает и взаимодействует с ним (см. теорию Максимовой-Бернштейна).
А-уровень. Уровень общего тонуса, чувствительности глубинных мышц. В этом уровне движения ультра-медленны и вязки, будто в меду, неосознанны. Действие – пробуждение тонуса, осознание собственного тела, ощущение его целостности.
В-уровень. Рефлексы и автоматизмы, поиски стаи. Движения неосознанны, цикличны, как у детей, что, бывает, стоят и качаются, будто в полусне. Действие – нахождения «своих», неосознанный поиск принадлежности к чему-то большему.
С-уровень. Я-сознание, взаимодействие с реальными предметами реального пространства, использование Агрессии как энергии движения вперед, как энергии желания и достижения, как защиты границ. Тело жестко собрано в единую конструкцию по пяти плюс двум точкам (стопы, кисти, солнечное сплетение, голова, поясница). Действие – аккумулирование силы желать, двигаться, делать, получать.
Д-уровень. Взаимодействие с воображаемыми предметами воображаемого пространства социума (ярлыками общества, встраивание в принятые и существующие модели, роли, образы). Тело дискретно. Нижняя часть может быть фундаментом, тогда как верхние уровни играют. Действие – игра и замена необходимых на конкретный момент масок.
Е-уровень. Взаимодействие с идеальными предметами образов, творчества, молитвы и сна в пространстве, близком к Элизиуму. Тело собрано, обращено вверх. Действие – магия, творение.
Ни один из уровней не может быть забыт и не использован. Поэтому пять ключевых точек этих состояний собираются в круг, где все они равно важны и должны быть использованы. (прим. - возм. интерпретация по пяти точкам зиккурата – сомнительно, проработать).
*конец листа*
__________________________
Tags: РИ: отчет
Subscribe

  • Дурмстранг-3. Часть 3.

    После сдвоенных лекций по малефициям у старших и средних курсов вновь объявилась Шофранка. Как оказалось, они с Ольшанским сотоварищи предприняли еще…

  • Дурмстранг-3. Предыстория.

    «Я думала, когда все закончится, то буду долго смотреть в небо, слушать его гул, и чувствовать, как все снова успокаивается. Но правда в том, что я…

  • Цвет надежды-4. Подробности сумбурным слогом.

    Крепилась, крепилась, но нет, не могу молчать. Это, несомненно, свидетельствует о некоторых малоприятных для меня вещах, но тем менее. Не надо было…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments